​"А каковы стихи на четвертом десятке?"


"Скачет жизнь галопом, машет гривой", "крутится шар земной и листает главы / судеб людей, как летопись бытия"... Вчерашние дети становятся взрослыми и переходят за рубеж зрелости. Тридцать лет - что дальше? Психологи говорят, что кризис среднего возраста наступает после сорока. Блогеры в сетях уверяют, будто нынешнее поколение выглядит и чувствует себя моложе предыдущих. Но разве все то отменяет того факта, что детство кончилось, что взрослость легла на плечи каменной глыбой, придавила к земле, не дает воспарить к небесам, как когда-то, совсем недавно, когда мечта звала вдаль и душа неслась за ней, подобно легкокрылой птице? "Птицу" изображает японский иероглиф, означающий свободу. Птица становится символом, который сквозным образом проходит через творчество Елены Оскиной в сборнике "В свободном полете".

Крылья обретает душа, которой тесно в клетке взрослости, черствости, равнодушия зрелости, обремененной повседневными проблемами, заботами и рутиной:



"Пусть летает. Без инструкций,
Счётов и стыда.
Ей бы только оттолкнуться
От коросты льда..."

С птицей ассоциирует поэт себя, рвущуюся прочь от унылого быта, в небеса, туда, светят звезды и плывут облака, пересекая карту судьбы. Но получится ли найти верный путь?

"Утерян компас, смыта карта,
Прохожих бестолку пытать,
Посмотрим, хватит ли азарта
По звёздам выбраться опять."

В книге Елены Оскиной возвышенное соседствует с приземленным. Чтобы отразить это мрачное соседство, автор выбирает прием противопоставления, материализуя в форме метафор внутреннее и внешнее, мечты и реальность:

"Мир под землёй — расставание, встречи, потери.
Лестница вверх не дотянет до ангельских врат.
В силу кольца почему-то упорно не веря,
В душном вагоне от Выхино мчу безогляд."

Много внимания на страницах уделяется рассуждениям о детстве и доме. Но параллельно с ними проходят темы одиночества и смерти. Иногда писательница объединяет их в одном стихотворении. Таким образом создается как бы цикличность, присущая жизни, когда начало и конец практически одно и то же. Но важным является не пункт А или Б, а то, что посередине или заветный "миг между прошлым и будущим", когда нужно отринуть грусть по минувшему и страх перед грядущим, сделать шаг в пропасть, чтобы рухнуть вниз или воспарить. И это мгновение свободного падения зовется Жизнью.

Вкусить жизнь в ее потрясающем воображение величии хотела бы Елена Оскина, сейчас, как годы назад. Но как сделать это, если люди, чувства, события, явления, соприкоснувшись с жестокой реальностью давно скрыты масками лукавства и лицемерия. Если все мы притворяемся и лжем, прежде всего себе? Бытие незаметно превращается в маскарад. Где-то тут птица-свобода, но под какой личиной? И здесь же, совсем близко или даже внутри, тьма и смерть, но их не различить в общей фантасмагории цветов и форм, отраженных кривыми зеркалами:

"В этом действе всё так просто, наобум,
До того непринуждённо льются речи,
Что, пожалуй, даже Смерть, надев костюм,
Тамаду легко сыграет в этот вечер".

Творчеству Елены Оскиной присущи мрачность и фатализм, которые каким-то таинственным образом совмещается с торжественностью, дополняется детской наивностью, сдабривается юношеским нигилизмом и тут же оттеняется зрелой мудростью вперемешку с осторожностью. В строчках слышится грусть по утраченному, томление по необретенному, страх перед неизбежным, отсутствие смирения с оковами зрелости. Читатель, знакомясь с произведениями, вошедшими в сборник, выходит из зоны комфорта и перестает врать себе, собирая по кусочкам собственную личность из пазлов себя прошлого, себя настоящего и возможного себя будущего.

"А каковы стихи
На четвёртом десятке?
Стервозны? Скучны? Плохи?
С рифмами всё в порядке?" -

вопрошает поэт. Но узнать ответ можно лишь прочитав сборник "В свободном полете" и пропустив через сердце все переживания, которые тревожат душу Елены Оскиной. Тогда, сбросив груз необдуманных мыслей, быть может удастся вновь подняться над миром, окинуть его восхищенным взглядом и устремиться за горизонт мечты. Как когда-то... Давно... В детстве... В юности... В точке, где начало и конец едины...